Военно исторический музей

фортификационных сооружений

Восстановление разрушенного Севастополя 1944-1954 гг. Часть 1.

9 мая 1944 года Севастополь был освобожден от гитлеровских оккупантов, хотя отдельные бои продолжались на Херсонесском полуострове до 12 мая. Вместе с войсками Советской Армии в освобожденный город вошла оперативная группа инженерного отдела Черноморского флота во главе с инженером-подполковником И.А. Лебедем. Города фактически не существовало. На его месте освободители увидели обожженные каркасы и развалины жилых домов, школ, больниц, музеев, учреждений. Везде сплошные завалы, воронки от бомб, снарядов, обуглившиеся деревья. «...Осталось нынче от него скалы, море да солнце. Да бессмертная слава, которая возродит эти груды камней», — писал тогда известный советский писатель Леонид Соболев, вошедший с войсками в Севастополь. Было разрушено 94% жилой площади, уничтожены все промышленные предприятия, водопровод, канализация, электростанция.

vostanovlenie sev 17

В городе из 110 тысяч жителей осталось лишь 10 тысяч. Мало чем отличалась от разрушенного Севастополя Балаклава с подчиненными ей деревнями. Если в Севастополе осталось до 10 тысяч жителей, то в Балаклаве их насчитывалось около двухсот. Удручающее впечатление производили когда-то уютные балаклавские улочки с ухоженными домиками. Будто землетрясением были превращены в груду камней домики, прилегающие к подножью высоты 212 м. В окрестностях Севастополя гитлеровцы сожгли 837 домов, до основания разрушив деревни Карань, Камары, Кадыковку, Чоргунь. В Балаклаве был полностью выведены из строя водопровод, электростанция, взорвана железнодорожная ветка, консервный завод, цеха Балаклавского рудоуправления. Было разрушено 94 % его жилого фонда, уничтожены все промышленные предприятия, системы жизнеобеспечения города (водопровод, канализация, электростанции и т. д.). В городе оставалось лишь 10 тысяч жителей. Степень разрушения города не позволяла определить даже направление улиц. Все лежало в развалинах. Уже на следующий день в освобожденный Севастополь начали возвращаться жители города. 10 мая 1944 года, когда еще продолжались бои в районе мыса Херсонеса, а город горел, вместе с войсками прибыли оперативная группа Крымского обкома партии, Черноморского флота, партийные и советские руководители города — П.И. Лесик, В.П. Ефремов, А.А. Сарина, Е.П. Гырдымова и другие. Они ознакомились с положением дел, решали самые неотложные и острые проблемы: убрать трупы, разместить раненых, разбирать завалы, накормить и напоить прибывающих в город, в котором было уничтожено все. Горком партии и исполком городского совета депутатов трудящихся 10 мая 1944 года опубликовали в первом номере газеты «Слава Севастополя» обращение: «Жители Севастополя! Доблестная Красная Армия и Флот освободили овеянный славой Севастополь. Над городом снова реет Красное знамя Советов... Дружно за работу! Самоотверженным трудом поможем быстрее восстановить промышленные и коммунальные предприятия города, жилые дома, культурно-просветительные учреждения». Этот призыв с энтузиазмом подхватили севастопольцы.

vostanovlenie sev 9

И гражданские, и военные, прежде всего, начали расчищать, освобождать дорогу в Севастополь от разбитой военной техники и завалов, по которой уже 12 мая 1944 года прибыл на автомашинах из Туапсе личный состав строительства № 1. Для разработки тактико-технического задания на проектирование первой очереди восстановительных работ в Севастополе в тот же день прибыла группа проектировщиков, которую возглавлял инженер-подполковник А.С. Кабанов — участник обороны Севастополя и Кавказа. В группу входили офицеры Я.К. Балицкий, А.И. Татаринов, Д.И. Романов, служащие А.Н. Котельников, Л.Л. Егорова, Н.Н. Демидов, А.С. Запорожец, А.Н. Губарев, И.В. Шелепин, В.А. Смелов, А.В. Мороз, Н.А. Волков, Н.Г. Корюхин. Фактически Севастополь был разрушен до основания. Многие улицы нельзя было определить — была потеряна их градостроительная сетка. На центральном городском кольце восстановлению подлежало всего два здания — главного почтамта и комендатуры. По проспекту Нахимова остался только полуразрушенный фасад дома № 11, в котором ныне размещаются музыкальная школа и Художественный музей. На месте проезжей части нынешних проспекта Нахимова и улицы Большой Морской среди заросшего бурьяном пространства пролегла «тропинка». А по сторонам стояли развалины. Кое-где вился дымок из торчащих в руинах дымовых труб. И было до жути тихо среди белого дня... В развалинах шныряли стаи крыс. Москиты стали бедствием для населения. Город остался без воды, электроэнергии, канализации. Разрушены железная дорога, тоннели, мосты и вокзал, все промышленные предприятия города и флота. В руинах лежали производственные базы инженерного отдела ЧФ, строительства № 1, корпуса мехстройзавода, парка механизации и автотранспорта. Тысячи неразорвавшихся бомб, мин, снарядов подстерегали в развалинах. Первоочередной задачей стали разминирование города и инвентаризация зданий, сооружений и строений. К разминированию Севастополя флотские строители готовились заранее. Среди дымящихся развалин проектировщики шли вслед за минерами. Иногда, не дождавшись завершения разминирования, с риском подорваться на мине или оказаться под рухнувшей стеной, производили первое обследование в натуре состояния сооружений. Для попадания на верхние точки разрушенных зданий проектировщикам приходилось цепляться за разбитые стены, которые под рукой обваливались и, если не успевали удержаться, падали вниз. Поэтому при обмерных работах производили фотографирование объектов. Это был трудоемкий, но необходимый и очень ценный материал. Составляли схемы и ведомости технического состояния зданий и сооружений, определяли процент разрушения и давали рекомендации о целесообразности восстановления отдельных объектов. Работа велась под руководством представителей чрезвычайной правительственной комиссии. По этим документам инвентаризации был установлен ущерб, нанесенный главной базе флота гитлеровскими оккупантами. Он составил 2,5 миллиарда рублей в ценах 1944 года. В дальнейшем эти документы инвентаризации стали основой планирования восстановительных работ для первоочередных нужд базирования флота. Обследование было произведено всего за один месяц, с 22 мая по 20 июня 1944 года, с использованием аэрофотосъемки, старых архивных документов, визуального и инструментального наблюдения, фотографирования на местности, планов инженерных сетей. Государственный Комитет Обороны Постановлением № 5477 от 26 апреля 1944 года обязал создать специальную строительную организацию для восстановления Севастополя и объектов главной базы Черноморского флота. В 1944-1948 годах такой организацией стал трест «Севастопольстрой». Работать приходилось в очень трудных условиях. В строительно-монтажных управлениях треста не хватало квалифицированных инженеров и техников, рабочих.

vostanovlenie sev 4

При недостатке механизмов, строительных материалов, особенно металла и леса, требовалось восстановить жизненно важные объекты: порт, электростанции, судоремонтные и производственные предприятия, коммунальные учреждения, жилье для строителей, городское хозяйство. Руководители города, Черноморского флота, треста «Севастопольстрой» сосредоточили все усилия и имеющиеся у них небольшие ресурсы для укомплектования строительных площадок. В израненный город возвращались из эвакуации его жители, из различных районов страны ехали добровольцы, чтобы отдать все свои силы возрождению города-героя. Прибывали патриоты, чтобы начать битву за возрождение города, несмотря на все трудности. Лозунгом тех дней стала клятва: «Мы восстановим тебя, родной Севастополь!» В Главной базе флота — Севастополе началось восстановление старых и строительство новых причалов. Были построены причалы в районе Каменной и Телефонной пристаней, на судоремонтном заводе в Килен-бухте, в Троицкой бухте, восстановлены причалы в Нефтегавани и Сухарной бухте. Исключительное значение придавалось тралению бухт Севастополя, а также выполнению мероприятий по установке на берегу створных знаков, что призвано было обеспечить более точное разминирование акваторий и безопасность мореплавания по уже протраленным фарватерам рекомендованными курсами. Быстрыми темпами шло восстановление здания бывшей гостиницы Киста» на площади П. С. Нахимова для размещения штаба флота, строился Дом офицеров флота (бывший кинотеатр на ул. Ленина). Сразу же после освобождения советское правительство решило возродить из пепла форпост на юге — столицу Черноморского флота — и определить егo статус. 29 октября 1948 года издан Указ Президиума Верховного Совета РСФСР с пунтом: «Выделить г. Севастополь в самостоятельный административный центр с особым бюджетом и отнести его в город республиканского подчинения. 20 ноября 1948 года Совет Министров РСФСР постановил: «Образовать при Совете Министров РСФСР Управление по восстановлению г.Севастополя». 19 декабря 1948 года газета «Красный Крым» информирует: «Севастополь строит вся страна, На стройки города отовсюду съезжаются советские люди. Из Калуги, Орла, Воронежа, Запорожья, Владимира, Казани, Калинина, Вологды, Великих Лук — идут эшелоны с молодыми рабочими.» В Севастополе началось массовое трудовое черкасовское движение. Черкасовские бригады рабочих, учащихся, служащих, домохозяек ежедневно отдавали несколько часов свободного времени восстановлению Севастополя. Тяжелая нагрузка легла на строителей города и флота в условиях, когда на каждом шагу встречались мины, неразорвавшиеся снаряды, бомбы. Это сдерживало восстановительные работы.

Разминирование города и Севастопольской бухты

Дни и ночи напряженно трудились саперы. Из-за отсутствия документации на разминирование побережья от мыса Фиолент до Северной бухты понадобилась повторная проверка. Привлеченные для этой цели 355-й отдельный инженерный батальон инженерного отдела Черноморского флота и 90-й отдельный инженерный взвод за период 1944-1945 годов своим личным составом извлекли 337 632 взрывоопасных предмета, в том числе в бывшей гостинице «Кист» на площади Нахимова — 53, в бухте Южной — 1600, а в бухте Стрелецкой — 3240 килограмм взрывчатки. План траления севастопольских бухт был утвержден Военным Советом ЧФ, а начальник штаба ЧФ издал боевые директивы за № ОП-00423 (апрель 1944 г.) и ОП-0054303 (май 1944г.), где определялся срок окончания тральных работ — 1 ноября 1944 года. Задачи по разминированию возлагались на 1-ю бригаду траления ЧФ, которой следовало провести полный комплекс тральных работ, несмотря на то, что отсутствовали данные о минных постановках противника (порт Севастополь, подходные фарватеры, бухты Карантинная, Стрелецкая и Балаклавская). Балаклавская бухта была разминирована в период с 9 по 29 июня 1944 года. Дважды бухта протралена катерным тралом, затем всю акваторию осмотрели водолазы и было проведено бомбометание по центральной части бухты (сброшено 89 бомб ВВ-1).

vostanovlenie sev 6

Далее было проведено электромагнитное траление: до глубины 12 метров, а затем дважды — электромагнитной трал-баржей. Не было зафиксировано ни одного взрыва мины, и лишь водолазы затем обнаружили одну мину ящичного типа, разрушенную близким взрывом глубинной бомбы. Траление Стрелецкой бухты было проведено с 18 июня по 1 июля 1944 года, а Карантинной бухты — с 19 июня по 3 июля 1944 года. Обе бухты дважды были протралены катерным тралом, но якорных мин не обнаружено. Глубины менее 12 метров обследованы с помощью специальных тралов КЭМТ-2, включая все причальные линии и ячейки эллинга в Карантинной бухте. Остальная часть бухты была проверена тралами БЭМТ и ПЭМТ, а затем электромагнитной баржей вновь проверены центральные части бухт, их причальные линии и входные створы. При осмотрах водолазами причальных линий и эллинга мин не обнаружено. Траление Южной и Северной бухт Севастополя проведено в период с 28 июня по 3 октября 1944 года. Двоекратное траление катерным тралом позволило обнаружить в Северной бухте (на грунте) одну мину типа «КБ-3» в боевом положении. Южная бухта была протралена баржевым магнитным тралом, а затем обе бухты — глубинным бомбометанием. Затем бухты проверены тралом «Л» (ЛЛ) на стопе, особенно центральная часть бухт и неоднократно — места стоянки линкора и крейсеров. Несмотря на тщательное траление, плавсредства постоянно подстерегала опасность. В районе Угольной пристани (Северная бухта) при тралении подорвался и затонул со всем экипажем КАТЩ (бывш. деревянная шхуна). Тральщик выполнял траление неконтактных мин магнитной трал-баржей. Общее руководство разминированием главной базы осуществлял командир 1-й бригады траления контр-адмирал Тихон Андреевич Новиков (с 3 сентября 1944 года его обязанности исполнял капитан 2 ранга Владимир Георгиевич Дубровский — начальник штаба бригады). Боевое управление в море осуществляли командиры дивизионов на катерах своего дивизиона, а связь со штабом бригады — по радио. На мысе Артиллерийской бухты Севастополя для наблюдения и визуальной связи с тральщиками построили специальную сигнальную вышку. Для большей гарантии в отсутствии пропусков одна и та же площадь акватории покрывалась 2-3 раза различными типами тралов. Для обезвреживания мин 2-й группы (тип «Ж») проводилось 24-кратное траление БЭМТ без реверсирования тока: 12 галсов с положительным полем и 12 галсов с отрицательным полем. У причалов и в местах, стесненных для маневрирования, применялись тралы КЭМТ-2 (на стопе) или электромагнитная баржа. Все эти тралы применялись одновременно с акустическим тралом «БАТ-2». Для разведывательного траления и разрядки минных заграждений обычно использовались менее ценные тралы КЭМТ-2 (уничтожено на Инкерманском створе 4 мины) и магнитные баржи (уничтожена 1 мина в Южной бухте). В районе Нефтегавани (Северная бухта) при гидрографическом тралении удалось обнаружить и вытащить на берег для разоружения 2 донные неконтактные мины ящичного типа, которые не имели прибора кратности, а имели лишь прибор, предохраняющий от соседних взрывов. Обе мины оказались не в боевом положении, т.к. провода от запального стакана не были включены в цепь схемы. В июле 1944 года, когда траление севастопольских бухт еще не было закончено, в связи с крайней необходимостью и по специальному разрешению в Северную бухту вошли два советских эсминца для пополнения запасов топлива. Оба миноносца ошвартовались в Маячной бухте для приема мазута, и именно на входе в Маячную бухту водолазами были обнаружены две донные неконтактные мины. Обе мины были отбуксированы к берегу и подняты на поверхность для разоружения, которое успешно провел капитан-лейтенант Щепаченко И.В.

Состояние коммуникаций, производственного и казарменно-жилого фонда

Следующей важной задачей для флота и города была инвентаризация остатков зданий и сооружений, системы базирования кораблей и подводных лодок, причального фронта, проверка состояния коммунальных и инженерных сетей, системы наземного и подземного хранения, состояния систем связи и другие, без решения которых выполнение государственной программы создания главной военно-морской базы Черноморского флота было бы невозможно. Перед войной в Севастопольском гарнизоне было 217 военных городков, на территории которых располагались арсеналы и склады, размещались учебные заведения и казарменный фонд, жили семьи офицеров и мичманов, были оборудованы причалы и береговые базы, находились учреждений культуры, быта и др. Состояние военных городков, зданий и сооружений собственности НК ВМФ в Севастополе характеризуется: Городок № 1, 2. Троицкая балка, мастерская МТО № 45, здания разрушены, коммуникации полностью выведены из строя, причальный фронт полностью разрушен, территория заминирована. Городок № 3, 4. Килен-бухта, мастерские техотдела № 1, здания разрушены, коммуникации полностью выведены из строя, производственные помещения и причалы полностью разрушены, территория заминирована. Городок № 5, Комсомольская балка, бывший рефрижератор. Здание полностью разрушено, коммуникации полностью выведены из строя, территория заминирована. Городок № 6, Корабельная сторона, морской госпиталь. Все здания превращены в руины, коммуникации полностью выведены из строя, котельная заминирована. Городок № 7, Корабельная сторона, доковое адмиралтейство.

vostanovlenie sev 5

Доки взорваны, заполнены водой, и здания мастерских разрушены, коммуникации полностью выведены из строя, причальный фронт разрушен, территория заминирована. На стапелях остались недостроенные корпуса судов. Городок № 8. Корабельная сторона. Учебный отряд. Все здания разрушены, коммуникации полностью выведены из строя, причальный фронт полностью разрушен, территория заминирована. Городок № 9, Южная бухта, восточная сторона, база подплава. Здания береговой базы и торпедных мастерских разрушены, коммуникации полностью выведены из строя, причалы разрушены, котельная взорвана, территория заминирована. Городок № 15, Северная сторона, Сухарная балка. Тоннельные погреба и здания мастерских разрушены, коммуникации полностью выведены из строя, причальный фронт полностью разрушен, территория заминирована. Городок № 16, Северная сторона, Маячная балка. Тоннельные погреба и здания разрушены, коммуникации полностью выведены из строя, причальный фронт полностью разрушен, территория заминирована. Городок № 17, Северная сторона, Клеопина балка. Тоннельные хранилища для топлива и здания разрушены, коммуникации полностью выведены из строя, причалы полностью разрушены, территория заминирована. По склону у Сухарной балки горы разбитых вагонов, сброшенных с вершины. И так далее. Вообще, что осталось после вступления советских войск в Севастополь в мае 1944 года от бывших военных городков Черноморского флота, описанию не подлежит. В основном это груды камней, искореженного металла и взорванного бетона. Первая съемочная группа во главе с заместителем начальника разведки 8-й воздушной армии майором Голобородько провела облет Севастополя и его окрестностей 12-15 мая 1944 года. Сборник уникальных фотографий, около 100 штук Голобородько в апреле 1990 года передал кап. 1 ранга В.Л. Лысс, который любезно предоставил их для размещения в книге. Одновременно другая группа во главе с инженер-майором В. Смышляковым, прибывшая 20 мая 1944 года в Севастополь провела фотофиксацию злодеяний фашистов, и запечатлела состояние объектов Черноморского флота. Остовы зданий, хранилищ и ангаров гидроаэродрома в бухте Матюшенко мало чем отличались от подобных конструкций склада МТО № 320 на Инженерной пристани. В районе Сухарной балки и Нефтегавани громоздились груды искалеченных вагонов, сброшенных при отступлении с железнодорожного полотна в бухту, на месте торпедных мастерских в Троицкой остались только остов трехэтажного здания и чудом сохранившаяся деревянная пристрелочная станция. И перечень подобных разрушений займет несколько сотен страниц книги. Майор В. Смышляков и л-т С. Маркелов оставили после себя бесценный труд, более 100 фотографий были сведены в фотоальбом с грифом «секретно». Автору этих строк в конце 80-х годов повезло, и он спас второй экземпляр фотографий от уничтожения в топке при уничтожении «потерявших ценность секретных документов строительного управления ЧФ». А впереди был великий трудовой подвиг моряков-черноморцев, военных и гражданских строителей, архитекторов и конструкторов, жителей города, за относительно короткий срок возродивших из пепла легендарный город у моря. Уже тогда геополитики и у нас, и на Западе понимали, что за послевоенным разделом мира начнется глобальное соперничество двух империй, двух мощнейших в истории военно-политических группировок. Поэтому Сталин знал, как нужен ему будет Севастополь и флот в мирные дни. Знал и денег, людей и ресурсов на восстановление города не жалел. Если каналы и железные дороги «хозяин» предпочитал строить с помощью рабов-заключенных, то Севастополь можно было восстановить за счет беспримерного энтузиазма. Справедливости ради следует отметить, что в восстановлении Севастополя участвовали и немецкие военнопленные. Их руками были расчищены центральные улицы Севастополя, построены кинотеатр «Победа», жилкомбинат на Большой Морской и ряд других объектов. Лагеря для военнопленных немцев и румын находились на Воронцовой горке, в Стрелецкой, Куликовом поле, в Балаклаве. На восстановление Севастополя были брошены силы лучших архитекторов и более 32 тысяч других специалистов: строителей, энергетиков, коммунальников... Тот удивительный, чарующей красоты город, который был воздвигнут в первые послевоенные годы на месте черных руин, могли построить только фанатичные энтузиасты. На месте разрушенной военно-морской крепости создавалась одна из мощнейших военно-морских баз. Севастополь становился базой флота, которому вместе со всей страной впервые предстояло решать задачи глобального характера — поддержания планетарной стабильности и расширения сфер влияния. Для размещения приезжающих строителей в течение нескольких лет было построено много деревянного жилья. Это бараки в Загородной балке, финские домики в районе улицы Пугачева. Все дома были сборными, укомплектованными всем, от черепицы до электропроводки. И строились очень быстро. При разборке завалов в центре города, было решено засыпать Одесский овраг. Это был глубокий овраг с каналом, выложенным из камня, пропускавший ливневые стоки. До войны это, по сути, была улица с каналом посредине. Начало канала было у новой бани, построенной у Херсонесского моста еще в 1939 году. В начале XX столетия с Херсонесского моста началась Крепостная дорога, которая связывала центр города с береговыми батареями в Карантинной, Стрелецкой, Казачьей бухтах и Фиолентом. У первой городской больницы крутой склон горы был вырублен для дороги и укреплен стенами. Высота моста через Одесский овраг достигала 8-10 метров. При восстановлении Севастополя мост убрали, несколько снизив уровень дороги. Позже, когда под центральным городским холмом начали строить подземные сооружения и убежища, Одесский овраг был полностью засыпан вынутым грунтом. При разборке развалин центра города возникла проблема камня. Чтобы крупные камни не выбрасывать в отвал, а использовать для строительства, рационализаторы «Севастопольстроя» сделали что-то в виде двухскатной крыши из металлических прутьев, под которую заходили самосвалы, и сверху экскаватор засыпал убираемую массу. Вся мелочь шла в кузов самосвала, а камни сваливались в стороны. Убирая завалы, строители натыкались на подвальные помещения, где находились трупы. И через 3-5 лет после окончания войны продолжались похороны защитников и жителей осажденного города Севастополя. Восстановление Севастополя – это не только жилые дома и административные здания. Много книг написано о возрожденном Севастополе, но никто из авторов не отметил темпов восстановления железной дороги. После войны все тоннели были взорваны, Камышловский мост и насыпь у Графского тоннеля, насыпанную немцами вместо взорванного виадука, так же были взорваны. От ст. Мекензиевы Горы немцы протянули ветку до обрыва над нефтегаванью и весь подвижной состав по этой ветке сбрасывали в море. Вагонов было настолько много, что металлическая гора была больше той, на которую подвели ветку. В первой половине мая 1944-го начались работы по восстановлению движения поездов до Севастополя, а в июле уже пошли первые поезда. В послевоенные годы территория городской застройки значительно расширилась. До 1941 года западной городской окраиной было городское кладбище с церковью Всех Святых. После войны активно расстроилась Рудольфова гора с поселком и далее на запад появился небольшой поселок «Туровка», а ближе к Стрелецкой – военный городок ОВРа, где прошло детство автора книги, которую вы держите в руках. На восточной окраине города размещались казармы Белостокского (при советской власти — 7-го полка). Границей города был водонапорный бассейн, питавший почти весь город, и несколько домиков «Рабочего поселка», построенного в конце 20-х годов. Южная окраина города проходила по Куликову полю, где у самого Балаклавского шоссе стояло два небольших ангара энтузиастов планерного спорта. Это было единственное в Севастополе естественное летное поле.

vostanovlenie sev 8

На Куликовом поле одно время проходили первомайские митинги с салютом и парады войск Севастопольского гарнизона. При строительстве специальных оборонительных базовых объектов значительно возросли требования по вопросам их живучести по сравнению с довоенными. Эти изменения были продиктованы последствиями атомных бомбардировок авиацией США городов Хиросимы и Нагасаки. Суть новых требований состояла в усилении защитных свойств конструкций с тем расчетом, чтобы они могли противостоять воздействию ядерного взрыва. Большое внимание стало уделяться расположению объектов (их рассредоточению), дублированию систем управления и связи. Всеми службами флота были произведены расчеты по размещению (рассредоточению) объектов, материальной части, имущества и оружия флота. Сделаны соответствующие изыскания большого количества площадок для складов и укрытия личного состава. Определены площадки для строительства запасных полевых аэродромов. На постоянных аэродромах определялись зоны рассредоточения самолетов, автотехники и авиаимущества. В Инженерном управлении Черноморского флота на основе полученных методических указаний совместно с химслужбой флота проводились расчеты по защите объектов от поражающих факторов ядерного взрыва. Учитывая опыт войны и новые средства поражения, в эти годы широко развернулись строительство новых и реконструкция старых подземных сооружений с усилением их защитных свойств. Интенсивно велись строительство и реконструкция защищенного командного пункта командующего Черноморским флотом, тыла флота. Были начаты проходческие работы для КП ВВС. В Килен-балке расширялись и реконструировались цеха 13-го судоремонтного завода. В последующие годы в Балаклаве, в скале на западном берегу бухты, были созданы крупные инженерные сооружения — тоннели-укрытия для подводных лодок, помещения для хранения и обслуживания боезапаса, некоторые специализированные цеха судоремонтного завода. В балках, выходящих в Северную бухту — Советской, Троицкой, Сухарной, Маячной, в Инкерманских арсеналах были восстановлены, реконструированы и построены новые подземные тоннельные и арочные обсыпные хранилища и мастерские ракетно-артиллерийского, минно-торпедного оружия, вооружения и имущества. В Клёпальной балке на базе жидкого топлива по проектам ВМП-30 восстановлены и построены оригинальные подземные резервуары с системой приема топлива из железнодорожных цистерн и выдачи его на корабли. Они представляли собой железобетонные вертикальные емкости с купольным перекрытием диаметром 15 м и высотой до 40 м, облицованные внутри металлическими листами. В бухте Южная, на Лабораторном шоссе, на Федюхиных высотах, в Инженерной балке построены многие складские объекты тыла ЧФ. К 1948 г. силами военных строителей в Севастополе было восстановлено и сдано в эксплуатацию 8 школ, 6 детских садов, больница и более 50 000 м 2 жилой площади. В 1946 г. введена в строй ГРЭС № 1, дан промышленный ток в Севастополь, Симферополь, Балаклаву, Бахчисарай. В условиях разрушенного войной народного хозяйства это было трудовым подвигом личного состава инженерно-строительных частей Черноморского флота. Сложные условия восстановительных работ, большая их трудоемкость требовали огромного физического напряжения. Необходимо было возрождать и собственную производственную базу, восстановить Мехстройзавод, который война превратила в груду развалин, а изделия его были необходимы как никогда ранее.

Пленные немцы на восстановлении Севастополя

После освобождения центральной части Севастополя в мае 1944 года солдаты 17-й немецкой армии начали сдаваться в плен. Непрерывной колонной они направлялись с мыса Херсонес в первый крупный лагерь распределения, который находился в Ушаковой балке. Располагался он от каменного Лазаревского водовода до разрушенной танцевальной площадки, рядом с подъёмом к теперешнему Нахимовскому УВД. По вершинам балки были установлены вышки для часовых. Правда, пленные никуда убегать не собирались, понимая бессмысленность такого шага. После освобождения города в него сразу же начали возвращаться его жители. 19 мая 1944 года в городе было зарегистрировано около 11.000 жителей, которые немедленно приступили к обустройству своих жилищ. Но, несомненно, этих сил было крайне недостаточно даже для разборки завалов.

vostanovlenie sev 18

Ощущалась острая нехватка квалифицированных рабочих. Не было жителей, не было кадров, не было техники, но имелось под рукой огромное количество военнопленных. Ещё дымились развалины кварталов и остовы зданий заводов, а на Морской завод имени Серго Орджоникидзе прибыла первая группа инженеров во главе с директором М. Сургучовым. Завода, собственно, как такового не существовало. Цехи, эллинги и доки были превращены в руины. Всё надо было начинать, как говорится, с нуля. Руководство завода понимало, что в первую очередь необходимы просто рабочие руки для разбора общих завалов, обрушенной арматуры, разрушенных стен служебных зданий и производственных цехов. И для этой работы в первую очередь подходили военнопленные. Работы по расчистке завалов, которые одновременно шли на территории предприятий и заводов, в жилых кварталах, на городских улицах были сопряжены с большим риском подорваться на минах оставленных немцами. К этой работе стали подключать военнопленных. Они наряду с жителями города трудились на самых тяжелых работах. С первых дней пленные из лагеря в Ушаковой балке участвовали в восстановлении докового хозяйства Севастопольского морского завода. Они расчищали территорию от завалов, извлекали взрывоопасные предметы, узлы оборудования, детали станков, балки, рельсы и всё, что могло пойти в дело. В первые дни в городе была образована главная строительная организация трест "Севастопольстрой", которая включила в себя множество СМУ, ОМУ, ОСМЧ, ЖКК, УРС, УПП, КМТС и многие другие строительные организации, которые активно использовали немецких и румынских военнопленных. Доля эта была достаточно значительна. Но количество военнопленных не могло влиять долго на весь темп и качество строительных работ. Об этом упоминается в отчётах одного и ОСМУ: "Что же касается военнопленных, то квалификация их в основном ограничивается 2-м разрядом". В первые месяцы после освобождения города, в июне и июле проводились в основном аварийные работы на объектах города, которые легли в большинстве своем на плечи пленных. И, несмотря на низкую квалификацию, пленные работали. И работали довольно хорошо. Об этом говорят строки из отчётов осму: "Из общего количества учтённых 1.316 рабочих выполняют и перевыполняют нормы 803 человека, в том числе военнопленных 313". Работа на строительных объектах налаживалась, а концентрация прибывавших пленных немцев, поляков румын, венгров, чехов с каждым днём увеличивалась. В какой-то момент возникла необходимость распределения людей по разным районам города. Такие меры были ещё необходимы для быстрой доставки рабочей силы на строительные объекты Севастополя и ликвидации потерь времени. Для распределения по всему городу пленных в разных районах города началась организация лагерей содержания (л\с так они назывались). Всего лагерей содержания пленных в городе и его окрестностях было десять. Территориально они располагались: в Стрелецкой (за бывшим зданием кинотеатра .Мир), в Балаклаве (на территории карьера), в пос. Голландия (на территории бывшего училища) на ул. Будищева, 32, лагерь № 2 (городок бывшего зенитного училища), на Куликовом поле и на Матюшенко. Специальности военнопленных в основном не соответствовали требуемым для строек города, и тогда кадровые рабочие приступили к обучению военнопленных вместе с поступающими рабочими. Но на стройках города работали не только военнопленные, а и возвращающиеся после войны демобилизованные воины Красной Армии. Несмотря на поступающих демобилизованных военнослужащих из Красной Армии, количество военнопленных на стройках нашего города увеличивалось и после победы в 1945 году. По отношению к гражданским рабочим и военным строителям доля участия военнопленных была очень высока. К примеру, в ОСМЧ "Севастопольстрой" на 1 января 1946 года соотношение вольнонаёмных рабочих и военнопленных было таковым: вольнонаёмных 5.238 человек, военнопленных 6.785 человек, учащихся ФЗО 236 человек. Вообще к немецким военнопленным в г. Севастополе жители относились с пониманием, злобы не таили, враждебности не было. Отношение к пленным со стороны руководства этими лагерями тоже было гуманным. На то время всеми лагерями содержания в Крыму руководил И. И. Евдокимов. Был он человек строгий и справедливый. В первую очередь военнопленные для него были люди, а потом уже они делились на немцев, румын, людей других национальностей. На ул. Будищева, 32, был устроен лагерь содержания для военнопленных № 2 (Зенитный городок), начальником которого был капитан Белоцерковский. Он был человеком требовательным к условиям содержания военнопленных. Несмотря на то, что он был еврей, он не питал неприязни к немцам, и немцы говорили ему: "Наши соотечественники столько уничтожили евреев, а вы к нам относитесь так порядочно и с заботой".

vostanovlenie sev 2

При Белоцерковском были хорошо налажены питание, чистота в помещениях проживания. Немцев без охраны доставляли на машинах на строительные объекты и увозили обратно. Начальник лагеря требовал соблюдения нормальных бытовых условий на объектах. Своевременно выдавались наряды на работы, выплачивалась зарплата и делалось многое другое. При таком отношении со стороны властей военнопленные старались отличиться. Освоение новых специальностей приобрело массовый характер. При наличии высокой квалификации такой пленный специалист хорошо зарабатывал. Действительно, немцам выдавали зарплату, и они могли отовариваться в магазинах-лавках, расположенных на территории лагерей. В 1946 г. военнопленными было освоено множество строительных профессий, получены квалификации в объёмах, сравнимых с такими же показателями вольнонаёмных рабочих. Многие профессии получали пленные на наших стройках, но скажу только о тех, которые немцы не хотели получать. К таким не любимым немцами профессиям относились: портные, возчики, парикмахеры, рыбаки, садоводы, конюхи, прачки, рамщики, хоздесятники, вулканизаторщики, обрезчики черепицы, стажеры, крановщики, трактористы, кочегары, резчики камня, бондари, бригадиры, ездовые. На первом этапе восстановления нашего города труд военнопленных сыграл значительную роль. И люди, работавшие с ними рядом, преодолели в себе ненависть. Мы пропустили через себя и смогли понять всю глубину трагедии войны и в отношении к военнопленным показали свой мирный характер. К октябрю 1948 г. трест «Севастопольстрой» и инженерно-строительные организации Черноморского флота восстановили отдельные жилые дома, служебные помещения и объекты социально-бытового назначения. Однако город, особенно центральная его часть, в основном лежал еще в руинах. Флоту явно не хватало базовых объектов: — отсутствовали причалы с подачей энергосред на корабли; — не было защищенных хранилищ боезапаса, складов жидкого топлива, вещевых складов, базового хлебозавода; — недостаточно строилось жилых домов и казарм для размещения личного состава. Темпы возрождения (хотя и были высокими) не позволяли восстановить инфраструктуру флота в кратчайшие сроки. Процесс восстановления грозил затянуться на многие годы. Требовались кардинальные меры для сокращения сроков. Решение об ускоренном восстановлении Главной базы Черноморского флота было принято после посещения Севастополя руководителями СССР И. В. Сталиным, А. Н. Косыгиным и Н. А. Вознесенским в августе 1948 г. Совет министров СССР 25 октября 1948 г. принял специальное Постановление № 4035-1719 «О восстановлении города и Главной базы Черноморского флота — Севастополь». Эта директива предусматривала не только восстановление, но и строительство заново города и базы ЧФ в течение 3 — 4 лет. При Совете министров СССР было создано Управление по восстановлению Севастополя, которое возглавил генерал-майор И. В. Комзин, впоследствии профессор, Герой Социалистического Труда. При этом управлении были сформированы трест № 38 «Севастопольстрой» и «Россевастопольстрой» Министерства коммунального хозяйства РСФСР. Постановлением Совмина СССР 25 октября 1948 г. было образовано Военно-морское строительное управление центрального подчинения с наименованием «Севастопольвоенморстрой Главного управления Военно-морских сил». 10 февраля 1949 г. Совет министров РСФСР утвердил «Генеральный план застройки Севастополя на 1949-1970 гг.», разработанный Севастопольским «Горпроектом» с учетом исторической планировки города, возможности восстановления отдельных зданий и инженерных коммуникаций. Был утвержден «План капиталовложений на 1949-1953 гг.» с распределением затрат по министерствам, ведомствам и отдельным объектам. Увеличился численный состав людских ресурсов строительных организаций — с 7000 человек на начальном этапе до 30 000 человек после выхода постановления. Идеологом восстановления и последующего строительства Севастополя всегда был флот, от него исходили многие важные технические идеи и предложения, а проявленная моряками воля возродить в кратчайший срок свою Черноморскую столицу во многом способствовала сплочению и повышению активности всех участников строительства. 1 мая 1951 г. в знак признания успехов, достигнутых строителями, адмирал С. Г. Горшков, обходя корабли, выстроенные на рейде в парадную линию, взял в свой катер 20 лучших строителей и предоставил строительным частям право открыть первомайский парад.

Продолжение следует.

Иванов В.Б.

 

Контакты

Адрес музея (офис):

г. Севастополь

Балаклавский р-н.

Таврическая наб. 22

Тел. +7(8692)63-75-90

E-mail:

vimfs@mail.ru

*  *  *

Балаклавский

подземный

музейный комплекс:

Экскурсионный

отдел  моб. тел.

+7 978 889 10 56

► Информация для посетителей

► Правила посещения

*  *  *

Музейный комплекс

"Михайловская

батарея":

г. Севастополь

Нахимовский р-н.

Северная сторона

ул. Громова 35/1

Экскурсионный

отдел

+7 (8692) 71-82-99

моб. тел.

+7 978 062 29 91

► Информация для посетителей

► Правила посещения

*  *  *

►Маршруты экскурсий