Военно исторический музей

фортификационных сооружений

Тарариев Ю. С.

Ялтинская конференция 4-12 февраля 1945 г. Часть 3

Севастополь встречает гостей

Пока в Ялте проходили переговоры Черноморский флот обеспечивал безопасную стоянку американских и английских кораблей, прибывающих в Севастополь для связи глав правительств стран — участников Ялтинской конференции. После выполнения первой части задания в Севастопольскую бухту вошли три американских тральщика, корабль связи Президента США Рузвельта «Катоктин» и корабль управления ВМС Великобритании, раннее курсирующий на линии Лондон — Сидней, военный транспорт «Уильям Блоунт». Прослышав о серьезной минной опасности на подходах к Севастополю, американцы захватили с собою и тральщики. Проводка и постановка иностранных кораблей в Севастопольской бухте обеспечивалась штурманской службой Черноморского флота. Перед постановкой американских и британских кораблей на места стоянок, рейд севастопольской бухты еще раз был тщательно обследован на предмет наличия немецких донных мин. Корабли охранения ЧФ блокировали вход в Севастопольскую бухту на случай возможных диверсий.

yalta konf 10

Британский штабной корабль стоял на бочках у северной стороны, а американский корабль связи был поставлен у причала «Угольный» Севастопольцы, узнав о заходе военных кораблей союзников в Севастополь, высыпали на Приморский бульвар и большим интересом наблюдали постановку кораблей на стоянки. Большой штабной корабль ВМС США «Катоктин» поставили в Северной бухте, в районе Угольной стенки, усилили наблюдение за воздухом и водной средой. Все корабли эскадры имели в боевой готовности дежурные зенитные автоматы и расчеты. Командирам кораблей был запрещен сход с кораблей, и часть новых крейсеров и миноносцев стояли с прогретыми машинами. Постоянно один из кораблей находился у Херсонеса для осуществления связи с самолетами союзников, которые постоянно с конца января прилетали на аэродром Саки с южного направления. Для возможного оказания помощи на случай аварии и посадки самолетов на воду, в базе дежурили быстроходные эсминцы. Черноморская эскадра действовала с большим напряжением, пока все высокие гости не улетели. Командующего Черноморским флотом пригласили к себе на корабль американские офицеры. Американцы вели себя очень дружелюбно, раскованно, говорили о скорой победе над Германией. Все они довольно слабо представляли усилия Советского Союза по разгрому гитлеровцев. Много говорили о морских битвах в Атлантике, о больших экономических возможностях США. Среди американских штабных офицеров безошибочно можно было определить ряд личностей, которые явно были разведчиками. На следующий день, в Доме офицеров флота на втором этаже Командованием ЧФ был устроен банкет в честь американских и британских моряков. В течение переговоров глав государств, проходящих в Ливадийском дворце, в Севастополе военные моряки проводили совместные вечера-концерты, встречи с жителями города, которые, как отмечала пресса, носили доброжелательный и дружеский характер. Американцы знакомились с разрушенным городом и его историческим прошлым. Необходимо напомнить, что же представлял собой Севастополь в феврале 1945 года, через девять месяцев после его освобождения. С окончанием боевых действий на морском театре Черноморский флот приступил к ликвидации последствий, еще гремевшей на западе войны — тралению мин на Черном и Азовском морях и на Дунае. При этом, особое внимание уделялось разминированию фарватера главной базы флота. Только 5 ноября 1944 г. основные силы Черноморского флота смогли возвратиться в Севастополь. Однако здесь моряков ожидало еще немало трудностей: город лежал в руинах, разрушенным оставался причальный фронт, не было жилья, недоставало электроэнергии и воды. Перед бегством фашисты полностью уничтожили коммунальное хозяйство, взорвали и разграбили промышленные предприятия, культурные учреждения. Много потрудились флотские минеры над разминированием развалин города. С момента освобождения Севастополя они обнаружили и обезвредили 1115 тыс. бомб, мин и артиллерийских снарядов. По кольцу города под усиленным контролем конвоиров работали пленные немцы и румыны. Они разбирали завалы, очищали проезды улиц. Руководил этими работами немецкий генерал, который перемещался по городу в своей форме на бричке и носил белую повязку на левой руке. Необходимо отметить, что четкий порядок, заведенный в фашистской армии, соблюдался и среди пленных. Советским конвоирам запрещалось вмешиваться в действия немецкого генерала, который часто использовал плеть для наказания провинившихся пленных немцев. Работы было очень много, разрушения главной базы были колоссальные. Перед войной Севастополь был Главной базой Черноморского Флота, со всеми присущими этому военному понятию «атрибутами». Штаб Флота, штабы соединений и узлы связи, причалы для надводных кораблей, подводных лодок и торпедных катеров, три аэродрома для гидросамолетов, береговые базы, склады и арсеналы артбоеприпасов, технического и шкиперского имущества, продовольствия, топлива и др. Количество офицеров, старшин и матросов превышало десятки тысяч человек. В военном гарнизоне до войны располагалось более 200 военных городков со своими здания, сооружения, инженерной инфраструктурой, домами для проживания офицерского состава. Война не пощадила ничего. Практически в середине 1942 года города уже не было. Немцы хозяйничали в Севастополе до мая 1944 года и за это время восстановили ряд домов, наладили водоснабжение, железнодорожное сообщение, мосты, связь, судоремонтное производство. Но, уходя из Севастополя, фашисты взорвали все что могли, остальное заминировали. В архивах автора статьи наряду с полной характеристикой Севастопольских военных городков довоенного периода, хранится комплект фотографий, сделанных по заданию Командующего ЧФ группой офицеров ЧФ в период мая — августа 1944 года, сразу же после освобождения города. Практически главной базы ЧФ и города не было, были нечетко выраженная сетка городской застройки, очертания бывших улиц, кварталов, военных сооружений, подземных складов и др. Вот, что предстояло увидеть гостям на месте некогда величественного города. Что касается окраин города, то на фоне центра, они пострадали меньше. На горе Матюшенко было разрушено треть зданий, на Корабельной ─ менее половины. Вообще частный сектор пострадал меньше. Но в центре можно было отремонтировать только четыре здания «…..что и говорить, Севастополь представлял собой в ту пору страшное зрелище — сплошные руины. Но среди развалов уже кипела жизнь, люди расчищали улицы, восстанавливали дома. Посреди бухты дымил линкор «Севастополь» в окружении стоявших на бочках крейсеров. У Минной стенки замерли эсминцы..» — пишет в своих воспоминаниях очевидец событий адмирал В.Касатонов. Сталин осался доволен результатами конференции. Может быть, именно поэтому им был отдан приказ о награждении всех офицеров, принимавших участие в ее проведении. После окончания конференции, главы союзных делегаций решили осмотреть Севастополь. Первым, 11 февраля 1945 года город посетил Президент США, который проследовал по единственной дороге идущей из Ялты в Севастополь — Лабораторному шоссе, мимо разрушенных Лазаревских казарм и останкам разрушенной одноэтажной Корабельной стороны. Как и на протяжении всей конференции, в день посещения гостями Севастополя в Крыму была великолепная солнечная погода. И на фоне такой погоды особенно сильное впечатление оставляли разрушения, причиненные войной: от города почти ничего не осталось. Президент был поражен разрушениями, причиненными войной. Спустившись по Ушаковой балке и протиснувшись сквозь чудом уцелевший проезд под каменным акведуком, президентский кортеж прибыл на причал Угольный, где Ф. Рузвельта перенесли на корабль связи. Связавшись оттуда с Каиром и уточнив детали предстоящего совещания, Президент США с борта корабля осмотрел разрушенный Севастополь. Переночевав на военном корабле, 12 февраля Ф. Рузвельт выехал в Саки, откуда самолетом вылетел в Каир на совещание. Провожал Президента на аэродроме министр иностранных дел Молотов. Через день все американские корабли покинули гостеприимный Севастополь, взяв курс на пролив Босфор.

Черчилль в Севастополе

13 февраля 1945 года сэр У.Черчилль со своей дочерью Сарой приехал в Севастополь. Будучи в Крыму, британский премьер-министр не мог не посетить места, связанные с британской историей. Премьер-министр Великобритании не мог вернуться на родину, не побывав в «Долине Смерти» и на Каткартовом холме, не отдав дань уважения своим соотечественникам. Примечание: У.Черчилль является потомком знаменитого рода Мальборо, в 1893 году, с третьей попытки поступает в известное английское военное училище Сэндхерст, но не пехотную школу, чего хотел отец, а в кавалерийскую В кавалерии же и содержание самого офицера стоило дороже, а кроме того, ему приходилось иметь еще по нескольку лошадей для служебных целей, для спорта и охоты. Следовательно, кандидатов для зачисления в кавалерию было значительно меньше, и вопрос решался по существу лишь тем, может ли будущий кавалерист обеспечить себе необходимое содержание. Закончив военное училище, У.Черчилль попадает служить в 4-й гусарский полк, который в октябре 1854 года принимал участие в знаменитом Балаклавском сражении, а осенью 1896 г. был направлен в Индию. При высадке в Бомбее с Уинстоном произошел несчастный случай. Подойдя к берегу на маленькой лодочке при довольно значительном волнении, он схватился правой рукой за большое металлическое кольцо, вделанное в стену пристани. Лодка ушла из-под ног, Уинстон повис на руке и вывихнул плечо. Впоследствии вывих все время сказывался, и Уинстон мог пользоваться правой рукой весьма ограниченно. ( Кстати главнокомандующий британской армией в Крыму Лорд Раглан вообще был без правой руки) Он был страстным игроком в поло, и его очень огорчало, что вывих мешал ему развернуть свои спортивные способности в полной мере. Важнее, однако, было другое. Ослабленная правая рука мешала ему пользоваться традиционным оружием кавалеристов — шашкой. Уинстону пришлось сменить шашку на автоматический пистолет маузер, что в дальнейшем, между прочим, спасло ему жизнь. У.Черчилль изъявил желание увидеть эти места, о чем он вспоминает в своей книге Вторая Мировая война (т.6. «Триумф и трагедия»). В ней он пишет: «Днем 13 февраля я побывал там вместе с начальниками штабов и русским адмиралом, командующим Черноморским флотом (на самом деле это был начальник штаба ЧФ вице-адмирал Басистый). Оглядывая местность, можно было себе представить ту ситуацию, с которой столкнулся лорд Раглан около 90 лет назад.

yalta konf 9

Мы посетили его могилу утром и были очень поражены той заботливостью и вниманием, с которым за ней ухаживали русские». К сожалению, в этих словах скрыта неточность. Фельдмаршал лорд Раглан, главнокомандующий британскими войсками в Крыму и на Востоке в целом, скончался 28 июня 1855 года от холеры. Ему тогда было 67 лет. Будучи молодым офицером, он принимал в 1815 году участие в битве при Ватерлоо, где потерял правую руку. Через несколько дней после смерти 3 июля 1855 года гроб с телом фельдмаршала был погружен на борт корабля «Caradoc» и отправлен в Британию тем же вечером. На пяти километровом пути от британской Главной квартиры до Камышовой бухты, по обеим сторонам дороги, был выстроен почетный караул из британских и французских солдат. Гроб везли на специально изготовленном катафалке, а по краям его на лошадях следовали командующие французской, итальянской, турецкой и британской армиями в Крыму. Кстати, в тот же день 3 июля правительство Британии назначило 2 пенсии леди Раглан и старшему сыну фельдмаршала. 24 июля 1855 года «Caradoc» прибыл в Бристоль, а через 2 дня 26 июля останки лорда Раглана были захоронены в фамильном склепе в Бэдминтоне. Таким образом, могила лорда находится в Англии. Но в Крыму, где рядом с британской Главной квартирой находилось штабное кладбище, осталась плита с надписью о смерти Лорда Раглана. (6-й км. Балаклавского шоссе, плодово-овощные склады) Очевидно, именно эту плиту и показали У.Черчиллю ошибочно, как могилу лорда Раглана. Британский премьер посетил также и город Балаклаву, с набережной осмотрел развалины Генуэзской крепости, бухту, где в 1854-56 годах стояли английские корабли и где размещалась Главная база британских войск в Севастополе. С набережной начиналась железная дорога, от Балаклавы до передовых позиций британских войск на Каткартовом холме, длиной 14 км, построенная за семь недель 500 британскими рабочими зимой 1855 года. А в Балаклавской долине премьер-министр осматривал поле знаменитого Балаклавского сражения 25 октября 1854 года с самой высокой точки — с места, где в 1854 году располагался турецкий редута № 4 — основной «виновник» трагической ошибки Лорда Кардигана. При осмотре английского офицерского кладбища на Каткартовом холме, где захоронены многие британские герои Крымской войны, произошел забавный случай. Сопровождающий премьер-министра переводчик детально рассказывал о исторических событиях Крымской войны 1854-1856 г.г., показывая линии расположения передовых позициям британцев, линии атаки на 3 русский редут и рассказывал другие подробности тактики ведения осадной войны . А сопровождающий У. Черчилля русский адмирал Басистый постоянно пытался рассказать премьер-министру Великобритании откуда наступали немецкие танки....! Необходимо отметить, что Каткартов холм является господствующей высотой с отметкой 200 м над уровнем моря и по его территории во время Второй мировой войны проходила линия обороны советских войск. В ноябре 1854 года на вершине холма, позже названного Каткартов холм, англичане создали английское офицерское кладбище, на котором были захоронены все британские офицеры, погибшие у стен Севастополя. Долги годы до второй мировой войны этот холм был местом паломничества британских потомков. В 1942 году, утопающей в зелени военный погост был выбран для устройства советской зенитной батареи, которая постоянно подвергалась бомбардировкам немецкой авиации. По стечению обстоятельств, немецкие самолеты, бомбившие Каткартов холм, базировались на полевом аэродроме, находящемся именно на месте атаки Легкой бригады генерала Кардигана в октябре 1854 года. В поездке по Балаклаве и Севастополю британского премьера сопровождали начальник штаба обороны генерал Брук, командующий британской авиацией и первый лорд британского адмиралтейства. После осмотра останков разрушенного английского кладбища британский премьер увидел разрушенный Севастополь. Проследовав по Лабораторной балке мимо железнодорожного вокзала забитого эшелонами с немецкой военной техникой У.Черчиль прибыл на Графскую пристань, откуда на катере У.Черчилля доставили на британский штабной корабль.

Убытие делегаций

В этот период много забот было у командующего ВВС Черноморского флота генерал-полковника В. В.Ермаченкова. Он был назначен старшим авиационным руководителем при приеме и отправке самолетов глав правительств стран участников конференции, и всей авиации, которая их обеспечивала. При нем находились старшие представители от ВВС США и Великобритании.

yalta konf 6

Пришлось решать множество вопросов. Хотя американские и английские военные летчики на словах были готовы признавать наши порядки и правила, на деле же они их постоянно нарушали. Речь шла, в частности, о полетах без разрешения в Полтаву, где на большом аэродромном узле базировались американские бомбардировщики Б-29, осуществлявшие челночные рейсы из Англии. Отбомбившись по объектам на территории Германии, они садились в Полтаве, пополняли запасы и на следующие сутки опять вылетали на бомбардировки в Германию с последующей посадкой уже в Англии. Американцы при рабочих вылетах не придерживались маршрутов полетов, которые заранее были оговорены и нанесены на полетные карты летчиков. Внутренний порядок там, где проживали гости, оставлял желать много лучшего. 12-го февраля 1945 г. Президент США г. Ф. Рузвельт на самолете СИ-54 в сопровождении шести самолетов истребителей «Лайтнинг» вылетел с аэродрома Саки в Каир. Кстати, за день до окончания встречи глав государств командующий провел последнее совещание с авиационными представителями делегаций. В благоприятном духе согласовали все вопросы перелета. Но непредвиденные обстоятельства чуть было не задержали вылет специально оборудованного самолета Рузвельта. В одном моторе «пошла стружка». Нужно было менять мотор. По американским правилам такую замену могла произвести только заводская бригада. «Ермаченков взял на себя смелость предложить американцам помощь наших техников», — свидетельствовал позднее участник тех событий. После тщательного опробования мотора на всех режимах в воздухе, самолет признали годным для выполнения длительного перелета. Одновременно вылетели сопровождающие его государственные деятели и советники, участвующие в Крымской конференции. Переночевав, утром 14 февраля сэр У. Черчилль покинул Севастополь и выехал в сторону Сак. На аэродроме Сак его ожидал британский самолет. Там «был выстроен величественный почетный караул из войск НКВД. Я произвел им осмотр в своей обычной манере, заглядывая каждому солдату в глаза», — писал позже У. Черчилль. Премьер-министра провожали на аэродроме генерал-полковник Жаворонков и другие официальные лица. 14-го февраля 1945 г. — Премьер-министр Великобритании У. Черчилль на самолете СИ-54 в сопровождении шести «Лайтнинг», вместе с государственными деятелями Великобритании — вылетел с аэродрома Саки в Афины. Покидая Советский Союз, Премьер-министр Великобритании на аэродроме Саки перед микрофоном кинохроники сделал следующее заявление: «Генерал-полковник авиации Ермаченков, офицеры и солдаты Русской Армии и Военно-воздушных сил, офицеры и солдаты Королевских Военно-воздушных сил, собравшиеся здесь! С тех пор, как двенадцать дней тому назад мы приземлились на этом аэродроме в разоренном войной Крыму, в мире произошли большие события. Постоянная дружба и сотрудничество трех великих держав были провозглашены более точно и более авторитетно, чем когда-либо раньше. Теперь нам предстоит вступить в сердце вражеской страны и сокрушить навсегда отвратительную нацистскую тиранию, которая грозила воспрепятствовать движению человечества вперед, его дальнейшему прогрессу. Противник поставил свои преграды на этом пути, и все наши народы вместе, наши три народа и многие другие нации мира, сокрушили эти преграды. В авангарде всей этой борьбы Советская Армия покрыла себя неувядаемой славой. Мы все обязались работать вместе после окончания нынешней войны для того, чтобы обеспечить более счастливую жизнь и рост благосостояния широких масс народа в каждой стране, для того, чтобы нации получили возможность жить в мире, не боясь больше подлой агрессии, жестокой агрессии, никогда не подвергаясь больше тяготам войны. Перед нами открылись перспективы. Давайте же посвятим достижению этого наши объединенные усилия, наши непоколебимые намерения, нашу неиссякаемую жизненную энергию. Я рад, что мы сегодня собрались здесь все вместе и что подразделение Королевских Военно-воздушных сил, которое находится здесь с вами, имело возможность узнать, что представляет собой действительно русское гостеприимство. Это семена урожая, который в будущем соберут другие поколения. Эти поколения будут пользоваться плодами нынешних усилий своих отцов. Я благодарю всех вас, и, покидая землю России, воскресший Крым, очищенный от гуннов благодаря русской доблести, покидая советскую территорию, я выражаю вам и вашим руководителям и, особенно, вашему великому вождю, Верховному Главнокомандующему, Маршалу Иосифу Сталину, благодарность и восхищение доблестным русским народом и его армией, испытываемое британской расой, разбросанной по всему миру, по всем океанам и всем частям Земного шара. Мы молимся, чтобы русский народ никогда больше не подвергался тяжелым испытаниям, из которых он вышел с такой славой». Это была одна из сильных речей У. Черчилля, о которой сразу же доложили И. В. Сталину. От Советского Правительства на проводах присутствовали: Зам. Председателя СНК СССР — В. Молотов, Народный Комиссар ВМФ — Адмирал Флота Н. Кузнецов, Генерал-полковник авиации — В. Ерманченков и другие ответственные государственные лица СССР. Военные корабли союзников несли дозорную службу до убытия глав делегаций. Так, у Босфора находился тральщик № 248, у Ялты — тральщик № 249, оба американские. В Севастополе стояли вспомогательные суда: «Вильям Блант», «Катоктен», «Франкония». Их охраняли американские тральщики (№ 246, 247). Как только Черчилль (а он покидал Крым последним) покинул пределы Крыма, эти корабли взяли курс из Севастополя на Босфор. В ночь на 16 февраля корабли союзников благополучно вошли и Мраморное море, где их встречал прибывший накануне окончания Крымской конференции отряд кораблей союзников: крейсер, 2 эсминца, тральщик, подводная лодка и вспомогательное судно. Ф. Рузвельт, выступая 1 марта 1945 года на заседании конгресса с отчетом о Ялтинской конференции, поделился своими мыслями о разрушениях, увиденных в Ялте и Севастополе, он сказал: «...Я видел Севастополь и Ялту! И я знаю, что на земле не могут существовать одновременно германский милитаризм и христианское приличие». Мировая общественность с надеждой встретила решения Крымской конференции. Прогрессивные силы мира вдохновлял тот факт, что лидеры великих держав — СССР, США и Великобритании перед всеми народами продемонстрировали свою волю, желание и целеустремленность в скорейшем времени завершить вторую мировую войну и своим сотрудничеством в послевоенный период создать условия для демократического порядка на планете. О таких намерениях гласила Декларация «Единство в организации мира, как и в ведении войны», принятая на конференции. В ней было сказано: «Наше совещание в Крыму вновь подтвердило нашу общую решимость сохранить и усилить в предстоящий мирный период то единство целей и действий, которое сделало в современной войне победу возможной и несомненной для Объединенных Наций». Позднее, 24 апреля 1945 года, Севастополь посетила госпожа Клементина Черчилль, супруга сэра У.Черчилля. Она ознакомилась с городом, посетила здание бывшего института физических методов лечения (ныне это Дворец Детства и Юности), осмотрела Приморский бульвар, Херсонесский музей, Малахов Курган, Сапун-гору. Через два месяца после отъезда из Севастополя госпожа К.Черчилль безвозмездно прислала хозяйственное и медицинское оборудование на 400 коек для первой городской больницы. Бытует версия, что Сталин специально запланировал посещение главами американской и британской делегаций Севастополя. Город был полностью разрушен и президент США Ф.Рузвельт и премьер-министр Великобритании У.Черчилль на примере Севастополя, могли лично убедиться в масштабах и ущербе, причиненных СССР фашистской Германией. Как британские, так и американские руководители и сопровождающие их лица, несомненно, были поражены увиденным и выражали свое восхищение мужеством защитников Севастополя, сдерживающим врага в 1941-1942 гг. на протяжении 250 дней. При расставании с городом президент США, обращаясь к многочисленным советским и иностранным корреспондентам, заявил: «О господа! Если бы я мог ходить, то тогда бы дошел до святых мест России — Ленинграда, Сталинграда, Севастополя, стал бы на колени и поцеловал эту святую землю...» Масштабы разрушений произвели на Президента США большое впечатление и при расставании с первым секретарем Севастопольского горкома партии Ф. Рузвельт сказал примерно следующее: «Для восстановления вашего города понадобиться 50 лет и это возможно в том случае, если мы вам поможем, без нашей помощи вам не обойтись…» Известна история, когда Сталин, узнав об этом, приказал включить Севастополь в число 15 городов СССР, таких как Москва, Ленинград, Киев, Минск и др., подлежащих первоочередному восстановлению. Были разработаны три плана восстановления Севастополя, один из которых в 1948 году утвердил лично Сталин, и в город были направлены 32 тыс. квалифицированных рабочих из 12 областей Российской Федерации. За короткий срок, а не 50 лет, к маю 1954 года центральная часть города была заново построена.